Видеть – не просто смотреть

Примерно такой формулой даосов теперь, после возвращения из Китая, можно определить состоявшееся в нем. Каждая экспедиция «ЖИВАЯ ПАРАЛЛЕЛЬ» строится из череды встреч с носителями разных культур, из бесед с исполнителями разных ролей в них, из размышлений об увиденном, из сопоставлений понятого с привычным. Но путешествие по Китаю оказалось, пожалуй, наиболее обильным по новым различениям мира людей. Возможно, причиной этому были плотный поток картин, запланированных  программой экспедиции, и размах их разнообразия, которым огромный Китай может удивить любого иностранца.

«Будь сокрытым и непредсказуемым, подобно вещи, окутанной туманом» (Лао цзы)

В Храме нефритового Будды (г. Шанхай)

На улице Пекина

Но мне видится, что главной причиной обилия, с избытком переполнившего «масштаб» нашего воображения, была цель исследовательской поездки в Китай и ее предмет. Через сопоставление культур наших стран (России и Китая), которые на старте представлялись нам совершенно разными, в чем-то даже противоположными, мы намеревались понять: 1) закономерности продуктивного взаимодействия этих инаковостей; 2) условия их долгосрочного успешного взаимодействия и 3) возможности развития нашей культуры в опыте встречи с иным. Другими словами, сам предмет нашего исследования создавал вызов разнообразию, с которым мы намеревались встретиться. Вызов состоялся! И теперь хочется хотя бы крупными мазками нарисовать картину состоявшегося.

Это были три провинции, которые наиболее ярко демонстрируют живые силы основных источников современной китайской культуры: даосизм, чань-буддизм и конфуцианство, окрашенные маоизмом, придавшим ей неповторимый оттенок. Все это удивительным образом переплелось, сплавилось органичными компонентами и теперь демонстрирует миру и хорошие возможности, и опасность. Но самим китайцам этот сплав придал благодать и спокойствие.

Поистине «в покое Земля обретает величие, сердца делаются бездонными, а человеколюбие – истинным», суждения обретают силу и точность»

Для того, чтобы приблизиться к решению наших исследовательских задач, потребовалось многим и многим разным людям в Китае задать те вопросы, которые проявили бы для нас их отношения к реальности. Культура, ее сакральное ядро проявляется лишь в отношениях. Кто эти разные люди?

Это крестьяне, доля которых составляет почти полмиллиарда человек. Мы прожили несколько дней в деревне в китайской семье, примеряясь к их будничным заботам.

В деревне Хуанбэ

Деревенский кухонный мастер-класс для команды

Удивительно, но и там такие ж точно куры, как в Иране, «как в нашей соломенной Рязани», «…так же от горя там плачут, так же в муках рожают детей». В глубинных основаниях наших культур у нас много общего с китайцами.

Это были руководители и сотрудники нескольких чрезвычайно разных компаний, находящихся на разных ступенях развития.

В офисе логистической компании (г. Шеньжень)

Размах разнообразия между китайскими компаниями, как и в любой стране огромен. Здесь удалось увидеть и понять тех, кто взлетел на волне подъема китайской экономики со старыми подходами к деятельности и теперь не очень понимает, как оставаться на плаву с быстро устаревающими технологиями. Беседовали с теми, кто сумел оседлать, пожалуй, самого быстрого «коня» прогресса – Цифру. Это не отдельные компании, но миллионные города, заполненные молодежью с горящими глазами и сердцами, испытывающими эйфорию от открывающихся деловых возможностей.

Прекрасной для понимания иной культуры стала встреча с нашими замечательными соотечественниками – в Шанхайском офисе компании «Спортмастер». Их многолетний опыт ведения дел в Китае бесценен!

Офис международной компании «Спортмастер» в Шанхае

Двери для нас были открыты и теми, кто служит вечному – магнетизму аромата чистых лепестков знаменитых горных пород китайского чая.

Работы на чайной плантации в частной корпорации (г. Хунань)

Удивительными оказались современные проекции основных древних учений китайского мира. Это, например, блаженные даосы, запечатлевающие свои ценности в красочных символах благодати и в образе жизни, наполненной «пустотностью».

Символ благодати простоты и естественности на деревенской кухне

Это возведенный в религиозную доктрину культ Великого марксиста Китая – Мао.

На родине Мао цзедуна (г, Шаошань)

Спустя тысячелетия он сумел продолжить и придать устойчивость наиболее продуктивным традициям государственного управления, идущим от Великого Конфуция.

Конфуцианская академия Юэлу (г. Чанша)

Это были умнейшие, спокойные, гостеприимные монахи чань-буддистских монастырей, признающие свои отличия от буддизма Шакьямуни, но сроднившиеся с его китайской версией. Версия эта теперь поддерживает смысловые токи ее адептов, укрепляя в них даосские принципы:

«…Все люди держатся за своё «я», один лишь я выбрал отказаться от этого. Моё сердце подобно сердцу глупого человека, — такое тёмное, такое неясное!»

В буддистском храме на горе Хэньшань (г. Хэньян)

Наиболее сложными оказались встречи с профессурой китайских вузов. Для большинства из них возможность принять делегацию из России определяется здесь формальными решениями из Пекина. И, как теперь видится, это мудро. Сильное государство должно знать кого и чему необходимо учить и какие образы мира создавать в соотечественниках.

Встреча в Центральном Южном университете (г. Гуаньжоу)

Но, как и всюду, обращение к «последним основаниям бытия» растапливает лед любых формальных барьеров общения.

В гостях у компании по производству растительных масел

Чайное блаженство из рук Мастера в лесном парке Хэйканфэн (г. Чанша)

Китай – действительно, могучая страна с самобытной культурой, знающей свои основания. Разумеется, в разные эпохи и периоды, в разных контекстах эти основания служили как расцвету страны, так и ее увяданию. Но никогда еще за пятитысячелетнюю историю Китая они не предавались.

Шанхай

Видится, что умение извлекать уроки из своей истории, исполняя тем самым ее главную функцию, обеспечивают Китаю здоровое долголетие.

Мы спрашивали у многих, как они понимают главный атрибут своей страны – «Поднебесная». Знают не многие. Почти никто. Но это не странно, поскольку, согласно принципу относительности Галилея, «внутри инерциальной системы нельзя увидеть, как она движется». Но есть мудрецы, которые объясняют это так:

«Небо – величайшее из существующего, Земля – древнейшее из существ. Благодаря чему Небо и Земля достигли и величия, и долголетия? Они живут, словно забыв о себе, потому и достигли столь почтенного возраста!»

И дальше: «Мы именно так и живем!». Этой премудростью уничтожаются все версии о так называемой «китайской экспансии». Она не нужна им. А то, что мы видим и принимаем за экспансию, есть ослабленный след исторической поступи тех, кто забывает о прочности своих корней.

В нашем исследовании нам помогал Метод. «Видеть – не значит просто смотреть» (Лао цзы). Видеть, по-нашему, это напряженно вопрошать. Наш метод вопрошания состоял в том, что у нас было согласие в понимании особенностей кода культуры русского мира, с которым мы могли сравнивать то, что узнаем о культуре Китая. Откуда возник этот код – дело особенное, но он у нас был.

Такого рода готовность команды спрашивать, сопоставлять и делать выводы, во-первых, существенно облегчала различение невидимого снаружи, позволяла выходить к фундаментальным признакам культуры, отказываясь судить о ней лишь по поведению людей. Поведение всегда скрывает его подлинные мотивы. А они есть продукт ценностно-смысловых ядер культуры, увидеть которые не просто.

Во-вторых, методичное сравнение культур на уровне их кодов с неизбежностью выводило нас к переосмыслению образца сравнения. Теперь мы по-другому «видим» нашу культуру. Она не потеряла, но, напротив, обрела еще большую глубину и Любовь.

В-третьих, благодаря Методу с очевидностью стало ясно, что сравнение культур без его продолжения в самоизменениях не имеет никакого смысла. А поскольку вся команда состояла из первых лиц российских компаний, объективно «заряженных» на развитие собственных бизнесов и самих себя, то главным результатом экспедиции стало появление у нас устойчивой установки на развитие не только самих себя, но и дорогого нам мира.

Стало быть, до появления результатов, которые бы удовлетворили этот общекомандный дух, экспедиция не может считаться завершенной. Продолжение следует!

В этот раз, как и во многих «Параллелях», но с необыкновенной ясностью и с силою проявилось то, что все случившееся и еще не проявленное стало возможным, благодаря редкостной сплоченности команды вокруг предмета нашего поиска. Многие из нас готовились к встрече с ним, собирая необходимые для исследования знания. Китай манил нас не только знаменитой «Уткой по-пекински»,

Знаковый ресторан «Утка по-пекински» (Пекин)

не только захватывающими дух красотами «Священных гор Юга».

Священные горы Юга, горный массив Лангшань

Это обстоятельство превращало наши «вечерники», наши рефлексивные «посиделки» в подлинные мастерские смыслов.

Вечерняя рефлексия (г. Чанша)

Разумеется, они проявятся в публикациях, в коротких постах в разных сетях, в образовательных проектах участников экспедиции, в реальных переменах многих из нас. Возможно, и в милых очам сюжетах путешествия…

А пока – моя теплая благодарность замечательной команде «Живой параллели» и нашим заботливым проводникам. Горд нашей дружбой и нашими интересами!

Великолепная команда экспедиции «Живая параллель — 2025» (вместе с профессурой Центрального Южного университета)

Все состоялось!